Пароход "Джамбул" у причала. Кострома 1953 г.

Колёсный пароход и другие волжские легенды.

Почему вдруг на рисунке «Джамбул»? Ответ простой: Однажды, я плавал на нём по Волге от Костромы до Нижнего Новгорода. В дошкольном возрасте. Примерно в 1968 году. Давно. Но запомнилось всё в деталях, красках и даже с запахами. И, конечно, мне повезло, ведь я путешествовал на самом настоящем рейсовом колёсном пароходе.
Помню коричневую дощатую палубу и натёртые до блеска поручни трапов.
Помню чёрные натруженные кнехты и клюзы, махровые от времени толстые швартовые канаты. Помню, как за кормой в воде всегда болталась привязанная верёвочная швабра,
а над верхней палубой постоянно вились чайки и клубился дым из трубы.
Я был маленький, любопытный, поэтому почти сразу пролез в машинное отделение, которое из-за жары и духоты держали открытым. Там в полумраке было жирное скользкое масло, блестящее железо, могучие шатуны и грозный чумазый, лоснящийся
от пота, механик, которого я назвал кочегаром. Меня пытались поймать за ухо,
но я ускользнул и полез на верхнюю палубу. В капитанскую рубку, где был штурвал
и рулевой, а сбоку висела сияющая медью судовая рында, меня не пустили.
Всё остальное там оказалось неуютно, слишком высоко, ветрено и пустовато.
Хотя сразу было видно далеко вперёд, назад и по сторонам. Все берега от Кинешмы
до Юрьевца, лодки рыбаков, какие-то церквушки над обрывами, деревеньки, встречные баржи... Важно было только следить за ветром, чтобы не закоптиться в дыму.
«Джамбул» шёл по своему маршруту медленно, степенно, от пристани к пристани, высаживая и подбирая пассажиров. Люди с чемоданами, мешками и даже с колясками заходили по трапу на палубу и сразу выстраивались у борта помахать рукой провожающим, подышать речным ветром и покормить хлебом чаек. Чайки ловили кусочки хлеба с лёта, а потом опускались на воду позади корабля и там, покачиваясь
на волне, жадно глотали размокший хлеб. "Джамбул" коптил своей угольно-мазутной трубой, весь трясся и пыхтел, как прокуренный старик. Иногда он подавал встречным судам хриплый приветственный гудок, добавляя к чёрному дыму струю белоснежного пара. И этот прекрасный пронзительный звук гудка улетал по воде далеко вперёд, ударяясь в берега, отражаясь эхом. Мне казалось, что даже плоты по гудку уступали нам дорогу.
В узких коридорах палуб были постелены незатейливые длинные ковры, чем-то прикреплённые к полу. Ходить было удобно и мягко. Крутые лестницы на главную палубу имели деревянные ступени, а перила бронзой или латунью. На нижней палубе всегда дежурил матрос и толпились те, кто готовился сходить на берег. И самое главное...
На этой палубе, ровно посередине корабля с обеих сторон в огромных темных кожухах ритмично без устали молотили воду мощные лопасти пароходных колёс. Вот было зрелище! Вода кипела и пенилась, чмокала, хлюпала и бурлила, уносясь воронками
и бурунами куда-то назад, а колесо работало, работало и работало, толкая наш огромный пароход вперёд по Волге. Я все думал тогда, что если отвязать швабру
за кормой, то мы пойдём ещё быстрее. Но матросы то и дело бросали за борт то и вёдра, то какие-то веревки. Они вообще никуда не спешили. Черпали воду, мыли палубы, укладывали канаты, натирали поручни и ручки дверей, помогали таскать багаж.
На мои перемещения никто не обращал внимание, кроме боцмана. Тот заслонил собой дверь на камбуз (там вкусно пахло, и я туда хотел), и он же успел снять меня за шкирку
с трапа, когда я решил "на минуточку" сойти на берег посмотреть на «Джамбул»
со стороны.
Не знаю сколько длилась та поездка. Наверняка, не больше 12 часов. Но мне она помнится долгой, как неделя, и интересной, как цирковое шоу. Больше на колёсных пароходах я никогда не плавал. Таких пароходов просто не стало. Появились большие трёх- и четырёх-палубные теплоходы. На одном из них мы с мамой прошли от Костромы до Волгограда, потом до Твери, и вернулись в Кострому. То был уже "Дмитрий Пожарский".


А "Джамбул" списали. Судьба его загадочна. То ли порезан на металл, то ли затонул на зимнем отстое. Но до 70-х годов старый корабль исправно ходил по Волге. Построен он, в 1904 году
в Нижнем Новгороде, назван «Нижний Новгород» и лишь переименован в "Джамбул" после ремонта в Рыбинске в 1938 году. То есть приблизительно 70 лет отработал пароход на реке
и, как говорится, мог бы ещё.
На рисунке он пришвартован у дебаркадера первым. Речные корабли швартуются всегда носом против течения, и малые к большим. "Джамбул" тут самый крупный из трёх колёсников.
На носу у него виден фирменный вензель – золочёный завиток рядом с названием.
Мачта сложена. Так делали для прохода под низкими мостами и для осмотра ходовых огней.
Якорь не спускали. Хватало швартовки к причалу, даже если набиралось несколько кораблей разом. Дебаркадеры надёжно крепились к берегу стальными канатами.
Пока работал с Акварель;Бумагаю отметил для себя, что, оказывается, спасательные круги
на кораблях вешают не кое-как, а строго по правилу "белое сверху, красное снизу".
Надо же, есть правило! Закономерность простая: Белый пароход имеет по бортам внизу,
на уровне воды, красную ватерлинию. Вот и вся хитрость про "сверху-снизу".
Недавно наткнулся на список самых известных волжских кораблей.
В их числе:
• «СПАРТАК». 2 палубы, 90 м, колёсный пассажирский пароход. До 1917 года «Великая княжна Татьяна Николаевна». Построен в 1914 г. (Нижний Новгород). Участвовал в съёмках фильма «Жестокий романс» в 1983 году в Костроме под именем «Ласточка». В начале 2000-х годов продан, отбуксирован в Ростов и через некоторое время сгорел.
• «ПАМЯТЬ АЗИНА». 2 палубы, 80 м, колёсный пассажирский пароход. До 1917 года «Великий князь Александр Михайлович». Построен в Нижнем Новгороде в 1903 году. Сейчас плавучий отель в Будапеште (Венгрия).
• «ИОСИФ СТАЛИН». 2 палубы. 87 м, колёсный грузопассажирский пароход. До 1917 года «Графиня». Построен в Нижнем Новгороде в 1909 году. Сгорел под Сталинградом.
Корпус утилизирован в Нижнем Новгороде.
• «МИХАИЛ КАЛИНИН». 2 палубы, 100 м, грузопассажирский колёсный пароход. До 1917 года «Баян». Построен в Нижнем Новгороде в 1912 году. В итоге порезан на металл. На этом корабле в своё время работал кочегаром будущий легендарный лётчик Валерий Чкалов.
• «АЛЕКСАНД СУВОРОВ». 4 палубы, 135 м, пассажирский теплоход. Построен в Комарно (Чехия) в 1981 году. 5 июня 1984 года по навигационной ошибке зашёл в несудоходный пролёт Ульяновского моста. Полностью снесена верхняя палуба, ходовая рубка и кинозал.
Погибли 175 человек. Судно восстановлено, работает на реках европейской части России.
• «ЛАСТОЧКА». Легендарный небольшой буксирный колёсный пароход. Построен в Костроме
в 1874 году. Утилизирован в 1973 году в Волгограде.
• «САРАТОВСКИЙ ЛЕДОКОЛ», транспортный паром для ж/д вагонов. Построен в Ньюкасле (Англия) в 1894 году. Затонул в 15 км от Саратова.
Так же в этом списке:
• Пермский буксирный пароход «СТЕПАН РАЗИН» (в 1998 г. «Редедя, Князь Косогорский»)
• Пожарно-спасательный катер «ГАСИТЕЛЬ» (в 1903 г. «Царёв»). В настоящее время установлен на постамент у речного вокзала в Волгограде.
У всех кораблей свои рабочие и военные судьбы.
Первые пароходы в России были построены на Каме Петром Соболевским ещё в 1816-1817 годах. А к 1914 году только по Волге курсировало уже более 50 крупных пассажирских кораблей.
Первым регулярное судоходство от Твери до Астрахани обеспечило в 1853 году товарищество «Самолёт».
Затем появились «Кавказ и Меркурий», «По Волге», а после 1900 года «Русь».
К сведению: для обеспечения пассажиров первого и второго классов изысканными блюдами
в ресторане, на кухнях круизных кораблей в полу имелся небольшой бассейн с проточной водой, в котором содержались живые стерляди и осетры.